В августе 2023 года в станице Кумылженской открылся основной пункт отбора на военную службу по контракту (ПОВСК), инструктором которого был назначен военнослужащий контрактной службы Артем Георгиевич Вартанов. Ветеран боевых действий в Дагестане и Чечне, участник СВО. Мы решили узнать побольше об этом человеке. Расспросить об участии в боевых действиях и узнать о его
нынешней службе.
— Артем Георгиевич, расскажите пожалуйста, где и когда Вам довелось служить
и принимать участие в боевых действиях?
— В 1999-2000 годах во время срочной службы в составе дивизии оперативного
назначения «ДОН -100» участвовал в боевых действиях в Дагестане и Чеченской
республике в должности старшего стрелка-снайпера, получил контузию.
Демобилизовался в октябре 2000.
— Известно, что многие ребята, прошедшие «горячие точки» современности, с
трудом вливаются в мирную жизнь. Как сложилась Ваша жизнь на гражданке?
Война не «звала» назад? Расскажите немного о своей семье.
— Я сумел влиться в мирную жизнь. Построил дом, создал семью. Вместе с
любимой супругой Надеждой родили и воспитываем троих детей. Работал в разных
сферах: в лесхозе, на АЗС, в торговле, занимался строительством и ремонтом.
В общем, жил мирной жизнью, как многие наши земляки, и искренне думал, что
война больше не коснется моей семьи. Но всегда знал, если моя страна
окажется в опасности, без колебаний пойду на защиту. Потому что мы
воспитывались патриотами, росли на военных фильмах, примере нашего старшего
поколения, у нас сформировались правильные ориентиры. Мой родной дед
Вертебный Яков Андреевич – кавалер ордена Красной Звезды, медалей «За
отвагу», «За боевые заслуги» и многих других боевых наград, прошел Великую
Отечественную войну, был несколько раз ранен. Он был родом с Украины, с
Черниговской области. Если бы он был жив, то с ужасом бы смотрел на то, что
сейчас творится на его
родной земле. На то, как молодое поколение тех, с кем он боролся в годы
Великой Отечественной, проливал свою кровь в боях против нацизма и фашизма,
вновь поднимет голову и ни где-нибудь, далеко, а на его любимой Украине.
Война опять коснулась моей семьи. Родной брат Арсен (позывной «Хопёр»)
участник и первой, и второй чеченских компаний, заключил контракт с
Министерством обороны и отправился на защиту народа Донбасса. В боях под
Херсоном получил тяжелое минно-взрывное ранение. Слава богу, остался живой,
представлен к госнаграде. В данный момент проходит лечение и ВВК в
госпитале. Я тоже не смог остаться в стороне.
— Вы же не подлежали мобилизации как многодетный отец. Война все-таки
позвала? Или есть другая причина?! Как к Вашему серьезному решению отнеслись
дома?
— Да, позвала, только не война, а Родина, и я принял решение о заключении
контракта с добровольческим формированием. Моя любимая жена эту новость
восприняла с тревогой, но очень стойко, она просто знала, что по-другому я
поступить не могу, потому что это долг каждого мужчины защищать свою страну,
свою семью. За что я ей очень благодарен. Уходил я со спокойной душой, зная,
что тыл у меня прикрыт.
— Где территориально и в каком подразделении довелось вновь вспомнить свои
боевые навыки?
— Попал я в добровольческий штурмовой отряд БАРС-20 2-ю разведроту по своей
воинской специальности. Позывной мой еще с чеченской войны «Кумылга». Наш
отряд работал на стыке ЛНР и ДНР, на одном из самых горячих направлений.
— А можете немного рассказать о своих боевых побратимах и может быть
какой-то боевой операции.
— В нашем отряде были бойцы разных возрастов, но основной костяк 40+. Все
ребята со светлыми головами, правильной жизненной позицией, все знали, для
чего мы там и против кого мы воюем. Более половины – ветераны разных войн,
начиная с Афгана и заканчивая Сирией.
В один из выходов, после штурма, получили задачу по удержанию опорного
пункта на линии соприкосновения. До позиций противника было не более 100
метров. Мой наблюдатель, Александр К., позывной «Пророк» первым услышал
«птичку», она зависла над нашими позициями и наблюдала за нашими действиями.
Скорее всего оператор выяснял, сколько нас, какое вооружение имеем и т.д. Мы
поняли, что скоро будет «накат». Минут через пять начался ад! В нас полетело
все, что у них было. Около 40 прилетов мин и «советского» калибра, и самые
коварные польские, бесшумные, звука прилета не слышно. Они их чередовали.
Одновременно на нас выдвинулась ДРГ противника. Саня «Пророк» опять их
первый заметил. Завязался стрелковый бой. «Немцев», как мы их все называли,
было около взвода (человек тридцать). Противник откатился, понеся потери.
Наступило затишье. Но нам отдыхать было некогда. Заряжали магазины,
укрепляли
позиции, которые уже порядком подразвернуло, благо потерь, на тот момент, у
нас не было. Снова услышали звук «птички», попрятались в «норки». Услышали
звук выхода и моментально прилет чего-то очень крупного. Мы поняли, что
противник запросил поддержку танка. Он бил очень прицельно, так как над
нашими позициями все еще висел коптер и корректировал огонь. Было порядка 15
прилетов. Наши позиции разнесло, блиндаж вскрыло. Один из снарядов лег точно
в окоп, в двух метрах от нашей наблюдательной позиции, меня отбросило
взрывом прямо на бруствер, и я потерял сознание, когда пришел в себя,
услышал крик кого-то из ребят: «У нас один 300, один возможно 200». Надо
мной стоял наш боец, позывной «Фат», спросил как я? Я ответил: «Нормально,
живой», хотя до конца сам не мог оценить свое состояние, жутко гудело в
голове, звон в ушах, вся левая сторона тела невыносимо болела. От поста
нашего ничего не
осталось. Пока «Лягушок» и «Плюшка» доставали «Пророка» из-под бревен,
командир группы вызывал команду эвакуации и подкрепления. Саню занесли в
блиндаж для оказания первой помощи, он был без сознания, я ему скинул броню,
нашел место ранения, осколок залетел в левый бок, перевязал. Команда
эвакуации на МТЛБ не смогла близко подойти к нам из-за обстрела, они прибыли
на точку сбора, а до нее было порядка 2 км. Медлить было нельзя, Саня не
приходил в сознание. Да и я в горячке боя не заметил, что получил сильную
контузию, травмы левого колена и кисти. Один осколок влетел в тактический
ботинок, разорвал его, но не причинил никакого вреда. Потом еще два осколка
обнаружил в бронике на спине. В общем, крупно повезло. До точки эвакуации
Саню тащили на сетчатых носилках, потом нас погрузили на МТЛБ и отправили в
госпиталь. По дороге «Пророк» скончался от внутренней кровопотери, не
приходя в
сознание у меня на руках. Он был очень хороший друг и грамотный боец.
— Даже просто слушать Ваш рассказ невыносимо тяжело и больно. Но что же в
итоге?
— В итоге мы не допустили прорыва противника на нашем участке. Противник
понес ощутимые потери и откатился. У нас, из 7 человек 2 — 300, 1-200.
Александр К. «Пророк» за мужество и героизм посмертно представлен к ордену
Мужества. Жаль, что мы потеряли очень хорошего друга, но это война, а война,
к сожалению, без потерь не бывает… Саня жил в Урюпинске, но родом из
Волгограда, там его и похоронили… Он не служил срочную службу, в свое время
забраковали по здоровью, в детстве получил сильный ожог. Но он не стал
отсиживаться дома, прятаться за престарелых родителей, за дочь-подростка, за
супругу, а по примеру своего младшего брата-военнослужащего в трудное для
страны время добровольно встал на защиту Отечества. За всех нас он отдал
самое дорогое, что у него было — жизнь.
Я часто его вспоминаю, мы с ним очень сдружились. И поддерживаю связь с его
вдовой и братом. Он – кадровый военнослужащий, сейчас тоже на Донбассе
воюет. Я благодарен судьбе, что был знаком с Саней. Я восхищаюсь смелости и
самоотдаче всех парней, которые сейчас находятся там. Добровольцы,
мобилизованные, контрактники, они, не жалея своих сил и жизни, каждую
секунду рискуя, приближают нашу Победу. Для меня они все герои, люди с
большой буквы, братишки.
Душат слезы. Но начатый разговор нужно довести до конца.
— А что же с вашими ранениями? Лечились в полевом лазарете?
— Я попал в госпиталь города Рубежное ЛНР, потом в Новочеркасск и Волгоград.
Лечился почти 4 месяца. Подлечившись, хотя до сих пор травмы дают о себе
знать, в июле заключил новый контракт уже с Министерством обороны и теперь
прохожу службу здесь. Прикомандирован к нашему району инструктором пункта
отбора на контрактную службу.
— Разве нельзя было просто вернуться к спокойной мирной жизни? Думаю, свой
гражданский долг Вы уже выполнили. Конечно, на нынешней службе над головой
не свистят пули, не рвутся снаряды и не гибнут товарищи, но, думаю,
ответственности и спроса здесь тоже хватает. Если можно вкратце расскажите о
свей работе.
— Мог бы, конечно, вернуться к мирной жизни, лечиться, работать, воспитывать
детей. Но живя в стране, которая в одиночку бьется с множеством стран,
желающих нас уничтожить, и делать вид, что меня это не касается, я не могу,
и не имею права. Победим, тогда и вернемся к мирной жизни. Вы правы, служба
не из легких и очень ответственная. Я веду набор кандидатов на контрактную
службу. На месте оформляю все необходимые документы, отправляю запросы на
кандидатов. Бывает такое, что у ребят утеряны какие-то документы, и тогда
совместно с администрациями района, сельских поселений, работниками воинских
учетных столов, военкоматом, МФЦ, паспортным столом и другими организациями
оперативно решаем и эти вопросы. Большая им всем за это благодарность.
Конечно объясняю и отвечаю на вопросы по обеспечению, льготам, и выплатам
военнослужащим контрактной службы. Делюсь с ребятами собственным опытом,
рассказываю о том, как там…
Стране нужны контрактники для того, чтобы победить в этой войне, нужен
количественный и качественный перевес. И ребятам на передовой нужна помощь.
Нужно проводить ротации, давать бойцам отпуска и т.д.
— Мужчины каких возрастов чаще интересуются и заключают контракты, чем
мотивируют свое желание?
— Ребята приходят разные, разных возрастов: и совсем молодые, и постарше. Со
всеми веду предварительную беседу, выясняю, что движет ими, почему они
готовы променять сытую, мирную комфортную жизнь на окопы. У всех мотивация
одна: желание помочь своей стране, ребятам, которые рискуют жизнью ради
наших детей, ради нашего будущего, ради нашей общей Победы. Горжусь каждым
из них и со всеми, кого отправил, поддерживаю связь. Они мне тоже пишут по
возможности, когда есть связь – звонят, присылают фото. Я переживаю за всех.
Знаю, что кто уже ушел, в своем выборе только окрепли, у всех появились
«братишки» — друзья, с которыми и кусок хлеба пополам, и глоток воды
поровну. Армейская, особенно «окопная» дружба, очень крепка. Они теперь
точно знают, за кого они там и ради чего.
— Спасибо, Артем Георгиевич, за интересную беседу и прошу ответить на
последний вопрос: у Вас есть мечта?
— Да, у меня есть мечта. Я хочу увидеть по телевизору Парад Победы над
современным фашизмом. И обязательно, чтобы наши воины-победители бросили на
брусчатку Красной площади фашистские флаги уничтоженных бандеровских
батальонов и полков…
Записала Алла Фирсова.
источник:
http://pobeda-kum.ru/obshhestvo/28473-ya-hochu-uvidet-po-televizoru-parad-pobedy-nad-sovremennym-fashizmom/
